Год после Керченской катастрофы
Ровно год назад, в результате крушения танкеров «Волгонефть-212» и «Волгонефть-239» в Керченском проливе, произошла крупнейшая морская экологическая катастрофа в современной истории России. Однако, в отличие от подобных инцидентов по всему миру, эта история не имеет конца. Прошло 12 месяцев, а мазут по-прежнему вытекает из затонувших судов, море продолжает выбрасывать чёрные комья на берег, а волонтёры — бесконечно убирать их лопатами.
Уникальность этой ситуации печальна: это, пожалуй, единственный случай в мировой практике, когда аварийные суда, лежащие на доступной глубине около 20 метров, продолжают загрязнять акваторию целый год. Обычно в таких случаях нефтепродукты откачивают за считанные месяцы. Яркие примеры — тому подтверждение.
- Филиппины, 2023: Танкер Princess Empress с 760 тоннами мазута затонул на глубине 400 метров. Уже к июню, всего за 4 месяца, всё топливо было поднято на поверхность.
- Филиппины, 2024: Танкер Terranova (1200 т мазута) затонул на глубине 34 метра в июле. К сентябрю, через 2 месяца, мазут был полностью откачан.
- Греция, 2017: Самый впечатляющий пример. Танкер Agia Zoni II с 2200 тоннами мазута затонул 10 сентября на глубине 35 метров. Работы по откачке были завершены 19 сентября — через 9 дней. В ноябре того же года подняли и корпус судна.
В чём же секрет такой оперативности? Мировая практика давно отработала эффективную технологию — «горячее врезание». На корпус танкера герметично устанавливается специальный модуль с буровым оборудованием, который позволяет прорезать отверстие в отсеке, ввести шланг и откачать содержимое без утечек в воду. Метод применяется десятилетиями и работает на глубинах до 150 метров с помощью водолазов, а на больших — с использованием роботов. Рекорд — откачка 13 000 тонн мазута с глубины 4 000 метров после аварии танкера «Престиж» в 2004 году.
Однако в Керченском проливе был выбран иной путь. Спустя год после катастрофы власти сообщили об установке лишь одного из трёх запланированных коффердамов (огромных герметичных камер вокруг судна) и об удалении «основного объёма» мазута только из носовой части одного танкера. При этом кормовые и носовые отсеки продолжают протекать, а в недрах судов, по оценкам, остаётся около 2000 тонн мазута.
Возникают закономерные вопросы, на которые за год так и не было дано внятных ответов:
- Почему не была применена проверенная мировая технология, способная решить проблему за месяцы?
- Зачем реализуется дорогой, долгий и, судя по всему, неэффективный проект с коффердамами, который не используют в подобных ситуациях elsewhere в мире?
Пока эти вопросы остаются без ответа, экологическая мина замедленного действия в Керченском проливе продолжает тикать. И вместо отчётов об успешной ликвидации, мы по-прежнему видим на берегу чёрные следы катастрофы, растянувшейся на неопределённый срок.